8 апреля 2026 г.
Институт статистических исследований и экономики знаний НИУ ВШЭ изучил, как российские инновационно активные компании формируют свои портфели инструментов господдержки, что их в этом стимулирует и каких стратегий они придерживаются.
Ключевой вывод: среди выявленных главных пяти стратегий превалируют две — применение широкого набора мер господдержки (стратегия диверсификации) или ее избегание (стратегия минимальной интеграции). Первую используют компании, которые стремятся к повышению операционной эффективности и импортозамещению, а ориентированные на коммерциализацию собственных разработок — вторую.
Справочно: Эмпирической базой для анализа послужили данные опроса ИСИЭЗ НИУ ВШЭ (2025 г., N=1243 промышленных предприятия, осуществляющих следующие виды экономической деятельности: производство химических веществ, лекарственных средств, машин и оборудования, транспортных средств, радиоэлектроники, медицинского оборудования, электрического оборудования), проведенного в рамках реализуемого с 2009 г. проекта «Мониторинг инновационного поведения предприятий». Данные приведены по 964 компаниям, осуществлявшим затраты на инновационную деятельность в
2023–2025 гг. (78% от общей численности принявших участие в опросе). К малым и средним предприятиям (МСП) отнесены предприятия с численностью работников до 250 человек и годовым доходом до 2 млрд руб.; к крупным — более 250 человек и свыше 2 млрд руб.
Как компании формируют свои портфели господдержки?
Инновационно активные компании склонны использовать пять устойчивых стратегий применения инструментов господдержки (рис. 1).
Около трети опрошенных (32%) создают диверсифицированный портфель, включающий гранты, льготные займы, налоговые меры, региональную поддержку и госзакупки. Это позволяет им оперировать значительными объемами государственных ресурсов и балансировать риски их использования. Умеренный интерес эта группа компаний проявляет лишь к статусу резидента территории с преференциальным режимом ведения научно-технической и/или инновационной деятельности — вероятно, в силу ограниченных условий его получения.
Вторая по распространенности (23%) — стратегия минимальной интеграции в систему мер господдержки: компании избегают их применения (из-за недостатка информации, высоких рисков администрирования или отсутствия подходящих для них инструментов), делая незначительное исключение для региональных мер, нефинансовых программ и льготных займов. Стратегию использовали 37% компаний возрастом до десяти лет.
На третьем месте (20%) — стратегия локальной дифференциации, при которой компании проявляют заметный интерес к мерам налоговой поддержки, льготным займам и поддержке на уровне региона, при этом практически полностью исключая госзакупки, гранты институтов развития и использование статуса резидента особых территорий.
Стратегия умеренной диверсификации (13%) предполагает акцент на региональных мерах поддержки, госзакупках НИОКР и нефинансовых инструментах при среднем уровне спроса на остальные инструменты и игнорировании налоговых льгот.
Наконец, компании, выбирающие стратегию узкой специализации (12%), включают в портфель инструментов госзакупки НИОКР и налоговые льготы и практически не пользуются поддержкой региональных и местных властей, нефинансовыми инструментами и льготными займами (рис. 2).
Как стимулы компаний к инновациям связаны с портфелями господдержки?
За стратегиями применения инструментов господдержки стоят глубинные различия в мотивации инновационно активных компаний (рис. 3).
Предприятия, прибегнувшие к стратегии диверсификации, отличает стремление к повышению операционной эффективности (64% против 44% в среднем по выборке) и замещению импортного оборудования, материалов и ПО (58% против 40%). При этом коммерциализация собственных разработок для них значительно менее значима (8% против 17%), что может указывать на формирование у этой группы компаний модели инноваций «для внутренних нужд», а не для выхода на новые рынки.
Использовавшие стратегию минимальной интеграции демонстрируют более сильное стремление к коммерциализации технологий, чем в среднем по выборке (25% против 17%), но в то же время такие предприятия чаще мотивированы необходимостью адаптации к сложным экономическим условиям (32% против 22%). Повышение операционной эффективности для них второстепенно.
Компании, следовавшие стратегии локальной дифференциации, в отличие от остальных характеризуются наиболее сбалансированной рыночной мотивацией: для них важны такие факторы, как спрос на инновационную продукцию (42% против 29%), уровень конкуренции (40% против 29%), коммерциализация собственных разработок (35% против 17%). Это свидетельствует о наличии слоя бизнеса, который использует господдержку не как способ выживания, а как инструмент усиления рыночных позиций. В то же время «точечный» подход к применению господдержки ограничивает ресурсную базу и масштабирование инновационных проектов.
Стратегию умеренной диверсификации выбирали предприятия с менее выраженными, чем в среднем по выборке, стимулами к повышению эффективности текущей деятельности (25% против 44%). В числе рыночных условий большую значимость имеет спрос на инновационную продукцию (41% против 29%), а конкурентное давление — меньшую (18% против 29%).
Компании, опиравшиеся на стратегию узкой специализации, отличаются самыми слабыми рыночными стимулами к инновациям (внедрение лучших рыночных практик, конкурентное давление — 10% против 29%) и, по-видимому, имеют гарантированный госзаказ. В долгосрочной перспективе это может привести к утрате такими предприятиями рыночных компетенций и их технологической изоляции.
Комментирует Леонид Гохберг, первый проректор, директор Института статистических исследований и экономики знаний НИУ ВШЭ: «В условиях усложнения экономических отношений, а также расширения масштабов и инструментария государственной политики возникает потребность в более комплексном анализе моделей инновационного поведения предприятий. Наш регулярный мониторинг показывает, что система государственной поддержки в России востребована организациями по-разному: крупный бизнес, ориентированный на импортозамещение зарубежных технологий, использует ее преимущественно для диверсификации ресурсов и снижения издержек, в то время как значительная доля МСП остаются на периферии этой системы и предпочитают отдельные, „проверенные“ инструменты с низкими рисками администрирования, что ограничивает потенциал масштабирования инноваций. Ключевой вызов для органов власти — трансформация механизмов поддержки таким образом, чтобы стимулировать переход компаний от стратегий их минимального применения к более сбалансированным моделям, способствующим коммерциализации разработок и росту конкурентоспособности российских предприятий».
Источники: расчеты ИСИЭЗ НИУ ВШЭ по данным Мониторинга инновационного поведения предприятий; результаты проекта «Национальная инновационная система 2.0: вовлечение ключевых акторов в трансформационные процессы» тематического плана научно-исследовательских работ, предусмотренных государственным заданием НИУ ВШЭ на 2026 г.
Источник: Михаил Гершман и Марина Евсеева, ИСИЭЗ НИУ ВШЭ
