«Молодежь» — полезная, но во многом виртуальная конструкция: она позволяет говорить о значительной доле населения в единой логике и очерчивать контур управленческих решений. Но за этим ярлыком стоит заметно более сложная реальность — разные этапы жизни, уровни обязательств и горизонты планирования.

Коротко о главном

Сама молодежь нечасто относит себя к «молодежи»: для нее это те, кто младше, или те, чей уровень обязательств и ответственности ниже.

Молодежь существенно различается по приоритетам, которые заметно связаны с этапом жизни: у 14—17-летних на первом плане образование, для 18—24-летних сравнительно важнее материальное благополучие и здоровье, а в 25–29 и 30–35 — семья и воспитание детей.

Внутри молодежи выделяются пять типов: «мечтатели-карьеристы», «будущие родители», «живущие для себя», «живущие для семьи» и «плывущие по течению».

Аналитический центр ВЦИОМ представляет результаты исследования приоритетов молодежи.

Молодежь как термин, придуманный «стариками»

«Молодежь» имеет в России законодательно закрепленное понимание — это «социально-демографическая группа лиц в возрасте от 14 до 35 лет» (Федеральный закон от 30 декабря 2020 г. № 489-ФЗ «О молодежной политике в Российской Федерации», ст. 2, п. 1). При этом ключевой закон о молодежной политике подразумевает, что мероприятия в ее рамках могут иметь и иной максимальный возраст, но не менее 35 лет. То есть условная «молодежь» как молодой специалист или супруг в молодой семье может быть и старше 35 лет.

Свой взгляд на возраст «молодежи» есть и у других структур: Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) официально продолжает придерживаться отнесения «молодых людей» к возрасту 10-24 года. В организации велись дискуссии о том, чтобы расширить возрастную планку и относить к молодежи людей 18-44 лет. Повод пересмотреть «медицинское» отношение к периоду молодости действительно есть — общее улучшение здравоохранения, роста продолжительности жизни, образа жизни ощущается по всему миру.

Несмотря на кажущуюся разницу, роднит оба подхода одно и то же — их административная функциональность. В случае законодательства России это определение конкретного возраста, в который доступны программы молодежной политики, а в случае ВОЗ — решение глобальных задач здравоохранения. Оба подхода разумно пытаются упростить реальность, чтобы продуктивно осуществлять управленческие активности.

«Молодежь» — термин, активно используется теми, кто управляет (условными «стариками»), но насколько он отстоит той реальности, в которой живут молодые люди?

Когда заканчивается молодость? К вопросу о молодежной идентичности

Наши качественные исследования показывают, что зачастую представители аудитории 14-35-летних не соотносят данный термин с собой, «молодежь» — это те, кто младше. Например, фокус-группы со студентами показывают, что для них молодежь — это преимущественно школьники, то есть те, кто младше них самих. Для того чтобы скорректировать фокус-группу, модераторам приходится дополнительно объяснять ее участникам-студентам, кого надо понимать под молодежью. Ключевым водоразделом в соотнесении себя с «молодежью» является наличие детей — если у молодого человека появляется ребенок, он почти автоматически перестает считать себя молодежью.

Таким образом, внутри 14-35-летних есть два основания использования термина «молодежь»:

  • Это те, кто младше по возрасту.
  • Это те, чей уровень обязательств и ответственности ниже, чем у других (то есть те, кто не ответственен за семью, не обязан зарабатывать деньги и т.п.).

Для 14-35-летних «молодежь» — собирательный образ тех, кто младше и/или «менее ответственен». Что роднит это понимание с административной логикой — восприятие «молодежи» как какой-то цельной и устойчивой группы с общими интересами, проблемами. Различает их то, что для 14-35-летних «молодежь» скорее релятивная категория, а для управленцев — статичная и фиксированная в четких возрастных пределах.

Приоритеты молодежи — различия внутри единства

В мае 2026 года Аналитический центр ВЦИОМ провел исследование, посвященное приоритетам молодежи. Ключевой задачей было изучение того, как молодежь распределяет усилия по достижению отдельных задач в ближайшие 1-2 года. В рамках этого исследования мы сознательно дистанцировались от темы ценностей — они крайне (с незначительными различиями) схожи среди жителей России, фокус был смещен на то, что актуально и важно для респондентов в возрасте 14-35 лет в ближайшей временной перспективе. В рамках исследования применялся метод парных сравнений, который позволил достаточно четко определить, что важно для молодежи в конкретном возрасте.

Исследование показывает, что структура приоритетов заметно связана с тем этапом жизни, который проходит молодежь: школа (14-17 лет), обучение в вузе / получение СПО и ранняя карьера (18-24 года), полноценный старт профессионального трека (25-29 лет), появление семьи и переход к «взрослой жизни» (30-35 лет).

В топ приоритетов у молодежи входят: достижение материального благополучия, финансовой независимости; забота о здоровье, физическая активность, психологическое благополучие; построение карьеры, профессиональный рост. Но есть заметные возрастные различия, которые больше всего отражены в двух приоритетах: получение образования и создание собственной семьи.

Для молодежи 14-17 лет на ближайшие 1-2 года существенно выше прочих приоритетность получение образования. Достижение материального благополучия и финансовой независимости в сравнении с прочими возрастами здесь заметно ниже, но вот построение карьеры и профессиональный рост, несмотря на юный возраст, сравнительно выше, чем в прочих возрастных группах. При этом почти несущественен приоритет создания собственной семьи и воспитания детей.

Уже в 18-24 года приоритеты концентрируются на материальном благополучии и физическом здоровье — они останутся приоритетами и для «старшей» молодежи. Начинает снижаться ценность получения образования, которое и дальше будет становиться менее значимым приоритетом для достижения в ближайшие годы. Хотя создание семьи все еще не топ-приоритет, но в 18-24 года в сравнении с прочими возрастами важнее «найти пару».

В 25-29 и 30-35 лет существеннее становится приоритет создания семьи и воспитания детей. В этих возрастных группах постепенно снижается важность приоритета построения карьеры, установления романтических отношений.

Молодежь различается в своих приоритетах как минимум на основании того, каков текущий статус конкретного молодого человека (школьник — студент — молодой специалист — родитель).

Различий в приоритетах молодежи в зависимости от типов населенного пункта, в которых она проживает, практически нет. Отдельные различия связаны с тем, что в небольших городах, ПГТ и селах для молодежи менее приоритетны забота о здоровье, физическая активность, психологическое благополучие, а также развитие своей личности и талантов. Насколько объективны эти отличия, позволят понять только дополнительные исследования.

Исследование также позволило выявить внутри молодежи кластеры по приоритетам.

Названия кластеров условны и связаны с теми приоритетами, которые являются для них ключевыми. Аккуратнее всего следует относиться к неймингу кластера «плывущие по течению» — да, они заметно чаще прочих отмечали, что какие-то приоритеты для них вовсе несущественны. По косвенным признакам мы предположили, что это кластер людей, испытывающих жизненную фрустрацию, но это только гипотеза. Может оказаться, что, напротив, эта группа заметно более существенно сконцентрирована на конкретных приоритетах, чем представители других кластеров, которые пытаются балансировать приоритеты, и корректнее было бы назвать «плывущих по течению» «супердостигаторами». Но понять это позволят только дальнейшие исследования.

В рамках настоящего исследования были выявлены следующие особенности кластеров:

  • «Мечтатели-карьеристы» (40% в возрастной группе 14-17 лет). В центре их жизненных устремлений — профессиональный рост, высокий заработок и забота о здоровье. Это перспективная категория, которой необходима поддержка наставников для превращения идеалов в конкретные действия.
  • «Будущие родители» (25-28% во всех возрастных когортах, при этом среди них больше мужчин, чем женщин). Их основные приоритеты — любовные отношения и формирование семьи. Это скрытый демографический резерв, который нуждается в помощи для совмещения трудовой деятельности и личной жизни.
  • «Живущие для себя» (41% в возрасте 18-24 лет). Их интересы сосредоточены на личностном росте, поездках и ярких эмоциях. Таким людям важно помогать в организации гибкого досуга и создании условий для творческой реализации.
  • «Живущие для семьи» (36% в группе 30-35 лет и 29% в группе 25-29 лет). Главные ценности для них — воспитание детей и благополучие семьи. Они требуют наличия доступной социальной инфраструктуры.
  • «Плывущие по течению» (5% среди 14-17-летних, 8% среди 30-35-летних). Это группа риска, характеризующаяся внешним локусом контроля (отсутствие ясных целей, пассивность). Для них необходимы простые и доступные способы вовлечения в общественную жизнь.

Единосущность и неоднородность

Суть выявленной неоднородности в том, что за общим ярлыком «молодежь» стоят разные этапы жизни, уровни обязательств и горизонты планирования. Заметна она прежде всего в возрастной динамике приоритетов: у 14—17-лет на первом плане образование, у 18—24-летних — материальное благополучие и здоровье, у 25–29 и 30—35-летних — семья и воспитание детей. Не менее отчетливо она проявляется в кластерах: «мечтатели-карьеристы», «будущие родители», «живущие для себя», «живущие для семьи», «плывущие по течению» — это не просто разные тактические решения на 1-2 года, а разные комплексные сценарии.

При этом зафиксированная неоднородность не отменяет общего: сущность у молодежи одна — это период формирования основ будущей самостоятельной жизни, а в максиме — и будущего страны. Однако сам термин «молодежь» скорее виртуальная, чем реальная конструкция. Она работает прежде всего как рамка для управления, статистики и (с допущениями и оговорками) для исследований. Показательно, что сама молодежь нечасто относит себя к «молодежи» — для нее это чаще те, кто младше, или те, чей уровень обязательств и ответственности ниже.

Для лиц, принимающих решения, и статистики такая «виртуальная группировка», как молодежь, полезна — она позволяет говорить о значительной доле населения в единой логике и очерчивать контур задач, которые могут быть решены во взаимодействии с ней. Но у этой полезности есть цена: абстракция нередко слишком упрощает реальность. Признавая единую сущность молодежи, необходимо учитывать ее неоднородность — по крайней мере, принимая решения о тех же мероприятиях молодежной политики, которые направлены на конкретные группы молодежи. Иначе говоря, «молодежь» полезна как рабочая рамка, этакий большой фрейм, но, принимая конкретные решения, надо учитывать реальные особенности групп, которые входят в эту категорию.

Источник: