Окончание. Начало здесь

Какую мультиоблачную среду можно считать для России оптимальной: реализуемую через совмещение нескольких публичных облаков — или же с привлечением и приватных тоже (либо только из разных приватных)?

Политики оркестрации свистели над головой!

По мнению Константина Анисимова, заместителя генерального директора Astra Cloud, в текущих реалиях российского рынка оптимальной является гибридная мультиоблачная среда: «Она представляет собой комбинацию нескольких публичных облачных платформ и одного или нескольких приватных (частных) облаков, которые могут быть развёрнуты как в центре обработки данных провайдера, так и на собственной площадке клиента. Главные плюсы гибридного подхода: вы получаете гибкость переменных затрат (OPEX) публичного облака для пилотных проектов и неравномерных нагрузок, критичные данные (персональные данные, финансовая отчётность, коммерческая тайна) остаются под вашим полным контролем в приватном сегменте, а также появляется возможность „растянуть“ пики нагрузки без закупки дорогостоящего оборудования для собственного ЦОД. Основные минусы и риски — это прежде всего рост операционной сложности. Управлять единой политикой безопасности и оркестрации, когда в вашей среде присутствуют три разных стека виртуализации и два типа систем хранения данных, под силу только компаниям с высоким уровнем ИТ-зрелости. Такой подход также требует высокой квалификации от команды эксплуатации».

Евгений Свидерский, директор облачного бизнеса ITGLOBAL.COM, корпорация ITG, считает оптимальной модель, совмещающую публичные и частные облака: «Такой подход позволяет компаниям гибко распределять нагрузку. Чувствительные данные размещаются в приватном контуре, где компания сохраняет полный контроль над инфраструктурой и физическим расположением данных. В публичные облака переносится всё то, к чему не предъявляются повышенные требования со стороны ИБ: некритичные сервисы, приложения и среды разработки».

Оптимальная мультиоблачная среда, по мнению Евгения Мартынова, директора по информационным технологиям Рег.облака, определяется не тем, сколько в ней публичных или приватных облаков, а тем, какие бизнес-задачи она должна решать: «Если компании нужна максимальная гибкость, быстрое масштабирование и диверсификация по провайдерам, модель с несколькими публичными облаками может быть очень эффективной. Такой подход позволяет выбирать лучшие сервисы и тарифы под разные нагрузки, быстрее запускать новые продукты и снижать зависимость от одного поставщика. Однако вместе с тем растёт сложность интеграции, информационной безопасности, сетевой архитектуры, мониторинга и управления затратами. Гибридное мультиоблако, где приватная инфраструктура сочетается с одним или несколькими публичными облаками, в российских условиях часто выглядит наиболее практичным вариантом. Чувствительные данные и критичные системы можно разместить в контролируемом контуре, а публичные облака использовать для эластичных нагрузок, витрин, тестовых сред, аналитики или менее критичных сервисов. Нужно понимать, что это более сложная архитектура и возникает необходимость поддерживать собственную ИТ-инфраструктуру. Мультиоблако только из приватных облаков оправдано в основном для крупных организаций с несколькими ЦОДами и высокими требованиями к контролю. Такое решение дает предсказуемость и высокий уровень управления, но требует значительных CAPEX и OPEX и обычно уступает публичным облакам по скорости масштабирования. Поэтому для большинства средних и крупных российских компаний наиболее сбалансированной моделью является гибрид: приватный контур и несколько публичных провайдеров на базе серверов, размещённых внутри контура страны».

По мнению Наталии Ефимцевой, старшего системного архитектора ICL Services, для крупного бизнеса оптимален гибридный подход (публичные + приватные облака): «Он сочетает масштабируемость и PaaS-сервисы публичных облаков с изоляцией приватных облаков для чувствительных данных. Одни только публичные облака подойдут для среднего бизнеса и стартапов, где скорость выхода на рынок и отсутствие CAPEX важнее полного контроля. Но даже здесь мы рекомендуем закладывать возможность „аварийного выхода“ в другое облако (например, через контейнеризацию)».

Как указывает эксперт системного интегратора «Акцент», оптимальный вариант мультиоблачной среды в России зависит от целей организации. Так, публичные облака испытывают сложности с интеграцией платформ, с вопросами безопасности и соблюдения нормативов, особенно при работе с чувствительными данными; формируют зависимость от сторонних провайдеров. С приватными же облаками сопряжены высокие затраты на создание и сопровождение, меньшая гибкость масштабирования, потребность в квалифицированных специалистах: «Потому наиболее часто применяется гибридный подход — использование публичных облаков для масштабируемых задач и приватных для критических данных».

Вот и на взгляд Сергея Наумова, CEO Timeweb Cloud, оптимальный вариант зависит от задач компании: «Совмещение публичных облаков даёт максимальную гибкость и скорость масштабирования. Гибридная схема из приватных и публичных сред может обеспечить соответствие специфическим требованиям — это важно для банков, госсектора, медицинских организаций. При этом сохранится гибкость для тестов и быстрого запуска новых сервисов, что актуально и для других сфер бизнеса. Чисто приватные мультиоблачные среды встречаются редко: они дороги и требуют высокой экспертизы в разных областях. Ими сложнее управлять, а самое главное — теряется главный плюс облака: гибкость и скорость масштабирования. Они не подходят для быстрого роста, экспериментов или MVP».

Оптимальной для российского рынка сегодня Анатолий Трифонов, руководитель направления облачных сервисов компании «Онланта» (входит в группу ЛАНИТ), признаёт гибридную среду: «Совмещающую несколько публичных облаков с контролируемым приватным сегментом, а не построенную исключительно на разных публичных или только на приватных облаках. Плюсом гибридного подхода является максимальная эластичность и отсутствие капитальных затрат на оборудование, но его минус — сложность обеспечения предсказуемой производительности для устаревших систем, чувствительных к сетевым задержкам. Подход, использующий только приватные облака, даёт полный контроль и удовлетворяет самым строгим требованиям регуляторов, однако требует значительных инвестиций в инфраструктуру и ведёт к дефициту кадров для её обслуживания».

«Оптимален такой гибрид публичного и приватного облака, — уточняет Дмитрий Важенин, директор по развитию „Инферит FinOps“ (кластер „СФ Тех“ ГК Softline), — который позволяет балансировать между безопасностью и инновациями. Это сценарий, когда стабильная базовая нагрузка живёт в собственном ЦОДе или сервере без ОС (Bare-metal), а пики и инновационные сервисы выносятся в публичные облака. В чём преимущества:

  • На длинной дистанции (3-5 лет) предсказуемая нагрузка в приватном облаке обходится в 2–3 раза дешевле, чем в публичном.
  • Чувствительные данные (ПДн, банковская тайна) остаются в периметре компании, а в публичное облако уходят только фронтенды или аналитика.
  • Вы сами определяете оверселлинг и политику утилизации оборудования.

Однако подобная среда имеет высокий порог входа — так как сразу нужны инвестиции в оборудование и лицензии — и достаточно медленно масштабируется. Если вам резко понадобится в 10 раз больше мощностей, закупка серверов займёт месяцы».

«Здесь важно развести два понятия, — уточняет Денис Хлебородов, основатель и генеральный директор Cloud X. — Мультиоблако — это использование нескольких облачных провайдеров. Гибридная архитектура — это объединение облака с собственной инфраструктурой, приватным контуром или площадкой заказчика. Это разные архитектурные задачи, хотя в зрелом ИТ-ландшафте они часто решаются параллельно. Для надёжности и безопасности крупному заказчику во многих случаях нужны оба подхода. Мультиоблако снижает зависимость от одного облачного провайдера. Гибридная архитектура закрывает задачи, связанные с собственной площадкой, критическими системами, промышленными контурами, КИИ, локальными данными и требованиями к размещению отдельных компонентов. Мультиоблачная модель оправдана, когда зависимость от одного облачного провайдера создаёт для компании неприемлемый уровень операционного риска».

«Гибридная же архитектура решает другой класс задач, — продолжает эксперт. — Она обязательна или крайне желательна для объектов КИИ и регулируемых сред, когда часть систем и данных должна оставаться в собственном закрытом контуре. Она также необходима, если собственная площадка является источником большого объёма данных, требующих предварительной обработки: промышленное производство, телеком-инфраструктура, энергетика, транспорт, распределенные сенсорные сети, видеопотоки, инженерные системы. Модель из нескольких публичных облаков даёт максимальную гибкость и независимость от одного поставщика, но требует высокого уровня архитектурной зрелости. У заказчика должны быть формализованы правила размещения нагрузок, управления данными, синхронизации, резервирования, безопасности и стоимости. Модель же „облако плюс собственная площадка“ лучше подходит компаниям с критической инфраструктурой, большими локальными данными и унаследованными системами. Её слабое место — сложность эксплуатации: необходимо обеспечить связность, контроль доступа, единый мониторинг, согласованные регламенты и понятную ответственность между командами. Модель из нескольких приватных облаков возможна для наиболее чувствительных контуров, но она редко даёт ту же эластичность и экономику, что публичное облако. Поэтому для большинства крупных компаний целевая архитектура выглядит как сочетание двух принципов: мультиоблако отвечает за устойчивость по отношению к провайдерам, гибрид — за связь с собственными площадками, КИИ и источниками больших данных».

Мы экономить будем

Перевод ИТ-инфраструктуры в облако, хотя бы частичный, рассматривается многими заказчиками как способ сэкономить — особенно с учётом нынешних цен на вычислительное «железо» и отсутствие обозримой перспективы их снижения. А как провайдеры облачных услуг и организаторы мультиоблачных сред справляются с подорожанием и дефицитом аппаратных средств?

«Дефицит и удорожание оборудования остаются ключевыми вызовами при развитии ИТ-инфраструктуры, — констатирует Константин Анисимов. — Облачные провайдеры — единственные на рынке, кто способен сделать рост затрат более эластичным. У нас есть значительные запасы готового оборудования и мощности для будущего масштабирования. Мы активно оптимизируем использование существующих ресурсов: повышаем плотность консолидации виртуальных машин и внедряем erasure coding для сокращения объёмов хранения данных. Для заказчиков облака остаются спасительной альтернативой. Минимальный рост цен на серверы, модель операционных затрат и перенос рисков (поломки, гарантийное обслуживание, расширение мощностей) на провайдера позволяют уложиться в бюджеты прошлого года. В среднесрочной перспективе — от трёх до пяти лет — облачная экономика сохранит свои преимущества для большинства клиентов».

Рост цен на серверное оборудование действительно, на взгляд Евгения Мартынова, усилил интерес к облакам: «Для многих компаний, особенно не из ИТ-сферы, покупка и регулярное обновление собственного парка серверов стали капиталоемкими: влияют курс, логистика, дефицит отдельных компонентов и общий рост спроса на вычислительные мощности. Облако в такой ситуации позволяет заменить крупные единовременные вложения более управляемой операционной моделью и платить за ресурсы по мере потребления. Облачные провайдеры также сталкиваются с подорожанием оборудования, но имеют преимущества масштаба. Кроме того, часть роста себестоимости компенсируется развитием PaaS-решений, управляемых баз данных, сервисов информационной безопасности и автоматизацией эксплуатации».

Провайдеры находятся в более выигрышном положении, чем отдельный заказчик, благодаря эффекту масштаба и операционной гибкости, — об этом говорит Дмитрий Важенин: «Делают стратегические запасы, за счёт покупки сразу тысяч единиц стоимость логистики одного сервера намного ниже. Провайдеры продлевают жизненный цикл оборудования за счёт глубокого мониторинга и предиктивного обслуживания и заранее закладывают риски в тарифы, чтобы затем разово не поднимать цены».

На взгляд Дениса Хлебородова, сравнивать мультиоблако и локальное оборудование напрямую не вполне корректно: «Мультиоблако — это архитектурная модель устойчивости и распределения рисков между провайдерами. Локальное оборудование — модель владения инфраструктурой. Поэтому в этом вопросе точнее говорить об экономике облака в целом. Облачные провайдеры лучше переносят колебания цен на оборудование. Предприятие же, которое развивает инфраструктуру „на земле“ только под собственные задачи, закупает оборудование реже, меньшими партиями, с меньшей переговорной силой и, как правило, с более длинным циклом согласований. К этому добавляются расходы на размещение, электропитание, охлаждение, эксплуатацию, ремонт, резервирование, безопасность, персонал и обновление аппаратной базы. Экономика облака сильнее всего раскрывается при переменной нагрузке, жёстких требованиях к срокам запуска, необходимости быстро создавать резервные контуры, использовать дефицитные вычислительные ресурсы, платформенные сервисы, инструменты работы с данными и ИИ-инфраструктуру. Для большинства компаний не из ИТ-сферы облако сохраняет преимущество не за счёт формального сравнения цены сервера и виртуальной машины, а за счет полной стоимости владения. Мультиоблако добавляет к этой экономике отдельный уровень зрелости: снижает зависимость от одного провайдера и позволяет строить более устойчивую модель работы критичных сервисов».

Провайдеры облачных услуг и мультиоблачные организаторы адаптируются к росту цен и дефициту аппаратных средств за счёт нескольких стратегий, которые перечисляет эксперт системного интегратора «Акцент»: «Оптимизация инфраструктуры с автоматизацией и виртуализацией, модель оплаты по факту использования, обновление оборудования для снижения издержек, партнёрские программы с привлечением разных поставщиков и региональных дата-центров для стабилизации цен и поставок. Что касается перспектив, то в среднесрочной перспективе мультиоблако — для заказчиков, не связных с ИТ, — продолжит оставаться привлекательным благодаря меньшим инвестициям, высокой масштабируемости и скорости адаптации».

Анатолий Трифонов указывает на три основных механизма, за счёт которых провайдеры облачных услуг и организаторы мультиоблачных сред справляются с подорожанием и дефицитом аппаратных средств: «Во-первых, они используют эффект масштаба и долгосрочные контракты с производителями, что позволяет им получать приоритетные поставки и цены, недоступные отдельному заказчику. Во-вторых, провайдеры активнее продлевают жизненный цикл оборудования и закупают восстановленные системы, что допустимо в облаке благодаря архитектурной избыточности. В-третьих, они пересматривают модели резервирования, переходя на более плотное использование каждого вычислительного узла за счет продвинутой оркестрации. Для заказчика, чей основной бизнес не связан с ИТ, экономически гораздо рациональнее платить за гарантированный результат по подписке, чем пытаться конкурировать за дефицитные оборудование и кадры на открытом рынке».

«Подорожание „железа“ влияет на рынок, — признаёт Сергей Наумов, — но это не значит, что облака становятся менее привлекательными. Провайдеры планируют закупки и делают запасы оборудования, перераспределяют мощности и более плотно загружают инфраструктуру. В итоге для клиента мультиоблако — по-прежнему выгоднее своего „железа“. К тому же, мультиоблако позволяет легко переносить ресурсы к провайдеру с самыми выгодными ценами в текущий момент».

Источник: